- Наталья Суханова Троготельно от души. Как не хватает нам простого понимания,сочуствия и доброты. И как хорошо что есть такие люди.
Последний вызов был на пять часов
Таксист, подъехав к дому, дал сигнал.
Никто не вышел на протяжный зов.
Он подошел к калитке, постучал.
Таксист, подъехав к дому, дал сигнал.
Никто не вышел на протяжный зов.
Он подошел к калитке, постучал.
«Минуточку, испортился замок»,-
Раздался хрупкий, женский голосок.
Открылась дверь и на ее порог
Впорхнул изящный белый Мотылек.
Лет девяносто было Мотыльку.
Из ситца платье, шляпа и вуаль.
На шляпе и на платье по цветку.
В глазах застыла светлая печаль.
Квартира ее выглядела так,
Как будто в ней никто не жил давно-
Вся мебель в покрывалах и чехлах,
Пустые стены, мутное окно.
- Вы не могли б снести мой чемодан,-
Я, к сожаленью, не имею сил.
- Конечно, я все сделаю, мадам,-
Он бережно ей руку предложил.
Легко довел и посадил в авто,
Взял чемоданчик и захлопнул дверь.
Уселся рядом и спросил: - Ну, что,
Куда мы отправляемся теперь?
- Вот адрес - на бумажке,- и мадам
С волнением спросила, можно ли
Проехаться по дорогим местам,
В которых жизни дни ее прошли.
- Я не спешу, ведь это - грустный путь,
Мне в хоспис… Видно, подошел мой срок...
Таксист боялся на неё взглянуть -
Рождался в горле жалости комок.
- Моя семья уехала давно,
Врач говорит, что времени в обрез.
Начнем отсюда - за углом кино,
Где мужа мне Господь послал с небес.
Они «гуляли» больше двух часов
И он увидел улицы, дома,
Где жили ее детство и любовь,
Не знавшие, что впереди - зима.
Уже стемнело, фонари зажглись
Она сказала: - Всё. Спасибо Вам.
Поехали по адресу. Таксист
В ответ: - Как скажете, мадам.
И вот уже у хосписа она
Коляска, санитар, вокруг покой.
Вопрос таксисту: - Сколько я должна?
- Нисколько, - покачал он головой
И, наклонившись, обнял вдруг её.
Она шепнула: «Ты мне счастье дал.
Спасибо за терпение твое»
А он в ответ её поцеловал.
Назад дорога в полной тишине.
В глазах прощальный взгляд её стоял
- Как хорошо, что вызов дали мне,
Что я не разозлился, подождал.
Еще он чувствовал, что этот день -
Особенный и душу изменил.
Его покрыла благодати сень
И он страницу новую открыл.
Зинаида Полякова
Раздался хрупкий, женский голосок.
Открылась дверь и на ее порог
Впорхнул изящный белый Мотылек.
Лет девяносто было Мотыльку.
Из ситца платье, шляпа и вуаль.
На шляпе и на платье по цветку.
В глазах застыла светлая печаль.
Квартира ее выглядела так,
Как будто в ней никто не жил давно-
Вся мебель в покрывалах и чехлах,
Пустые стены, мутное окно.
- Вы не могли б снести мой чемодан,-
Я, к сожаленью, не имею сил.
- Конечно, я все сделаю, мадам,-
Он бережно ей руку предложил.
Легко довел и посадил в авто,
Взял чемоданчик и захлопнул дверь.
Уселся рядом и спросил: - Ну, что,
Куда мы отправляемся теперь?
- Вот адрес - на бумажке,- и мадам
С волнением спросила, можно ли
Проехаться по дорогим местам,
В которых жизни дни ее прошли.
- Я не спешу, ведь это - грустный путь,
Мне в хоспис… Видно, подошел мой срок...
Таксист боялся на неё взглянуть -
Рождался в горле жалости комок.
- Моя семья уехала давно,
Врач говорит, что времени в обрез.
Начнем отсюда - за углом кино,
Где мужа мне Господь послал с небес.
Они «гуляли» больше двух часов
И он увидел улицы, дома,
Где жили ее детство и любовь,
Не знавшие, что впереди - зима.
Уже стемнело, фонари зажглись
Она сказала: - Всё. Спасибо Вам.
Поехали по адресу. Таксист
В ответ: - Как скажете, мадам.
И вот уже у хосписа она
Коляска, санитар, вокруг покой.
Вопрос таксисту: - Сколько я должна?
- Нисколько, - покачал он головой
И, наклонившись, обнял вдруг её.
Она шепнула: «Ты мне счастье дал.
Спасибо за терпение твое»
А он в ответ её поцеловал.
Назад дорога в полной тишине.
В глазах прощальный взгляд её стоял
- Как хорошо, что вызов дали мне,
Что я не разозлился, подождал.
Еще он чувствовал, что этот день -
Особенный и душу изменил.
Его покрыла благодати сень
И он страницу новую открыл.
Зинаида Полякова
